Bчера – Великий Четверг. Уже обещаны Иуде тридцать сребреников. На Тайной Вечере Христос умывает ноги ученикам, впервые преломляет хлеб, благословляет вино для причастия и там же предрекает Петру: «Прежде нежели пропоет петух, трижды отречешься от Меня». Молитва в Гефсиманском саду – до кровавого пота, роковое: «Кончено, пришел час...» и – предательство.

Сегодня – Великая Пятница, Страсти Господни. Избиение. Терновый венец. Последний суд у Пилата. Крестный путь. Голгофа. И вот: «Отче! в руки Твои предаю дух Мой». Свершилось!

Снятое с креста тело Спасителя положили в саду близ Голгофы, в пещере, которую высек в скале для своего погребения Иосиф Аримафейский. На входной камень наложили синедрионову печать, подле поставили стражу. На рассвете Мария Магдалина, пришедшая ко гробу раньше других жен-мироносиц, нашла камень отваленным. «Что вы ищете живого между мертвыми? Его нет здесь: Он воскрес», – это ангельское откровение уже более двух тысяч лет будоражит умы всего человечества. Ведь если так, если и в самом деле – воскрес, значит, и все остальное – правда.

Eе, эту правду, наша земля десятки лет хранила под руинами храмов, а люди – в душах. Вера считалась как минимум признаком невежества, и сейчас тот факт, что Эйнштейн, Гете, Пастер, Руссо, Дарвин, Ньютон, Линней и Планк – все они верили в Бога, воспринимается как сенсация. И уж совсем невероятно, что Энгельс в конце жизни заявил: «То, что казалось ранее достойным внимания только мифологов, должно будет привлечь внимание и историков. Новые документы, покоряющие скептиков своей убедительностью, говорят в пользу наибольшего из чудес в истории – о возвращении к жизни Того, Кто был лишен ее на Голгофе». Представляете, что было бы со студентом, дерзнувшим процитировать нечто подобное в советском вузе?!

Между тем и в советские годы материалистом был далеко не каждый. Например, ученый-физиолог Павлов, знаменитый исследованиями высшей нервной деятельности животных (помните «рефлекс собаки Павлова»?), в пасхальные дни вывешивал на двери лаборатории записку: «Закрыто по случаю праздника Святой Пасхи». Церковь, в которую ходил академик, власти не трогали и разрушили только после его смерти.

И легендарный маршал Великой Победы Георгий Жуков тоже верил в Бога – тайно, но деятельно. Есть подтверждения тому, что Жуков лично возил по фронтам Казанскую икону Божьей Матери. Кстати, именно с появлением на фронтах этой иконы и ослаблением антирелигиозной пропаганды связывают наступление перелома в Великой Отечественной войне. И хоть громких свидетельств исповедания веры Жуковым вроде бы и нет, но в Киеве находится чудотворная икона Божьей Матери Гербовецкая, которую маршал отбил у фашистов. А еще одно подтверждение как минимум неравнодушия Жукова к вере мы недавно видели собственными глазами. В деревне Омеленец Брестской области на звоннице Свято-Крестовоздвиженской церкви по сей день находятся три колокола, присланные местному приходу легендарным маршалом.

маршальские колокола для приграничного села Надо сказать, церковь в Омеленце особенная. В годы первой мировой войны местные жители отступали вместе с русской армией и, опасаясь, что немецкие оккупанты разграбят храм, а колокола переплавят на военные нужды, церковную утварь схоронили на территории прихода. В 1925 году храм сгорел. Получив страховку и сложившись, кто сколько мог, прихожане выкупили церковь у закрывающегося Белозерского скита православного Яблочинского монастыря. Разобрали по бревнам и привезли в Омеленец. Но то ли бревна были непромаркированы, то ли еще какая незадача приключилась, но на сбор здания на новом месте ушло около 5 лет. В эту-то новую церковь и вернулось схороненное в Первую мировую войну добро. Дореволюционное паникадило служит до сих пор, только свечи на лампы заменили. А вот колокола так и не нашлись. В войну пустая колокольня не раз использовалась как смотровая вышка. «К концу Великой Отечественной линия фронта снова проходила неподалеку. В Омеленце дислоцировались советские войска, а в окрестностях – немцы. На колокольне расположился корректировщик артиллерийского огня, враг его засек и начал бить по звоннице прямой наводкой. Рядом все разворотили, а в церковь не попали. Говорят, этот корректировщик с колокольни седым спустился – видел, какая масса огня на него неслась, и не надеялся остаться в живых», – рассказывает настоятель Свято-Крестовоздвиженской церкви Алексий Логашев.

– Как случилось, что маршал, известный человек, маленькому приграничному приходу колокола подарил? – интересуемся мы у отца Алексия.

– В Великую Отечественную священником в Омеленце служил Евгений Мисеюк. Батюшка был активный, неравнодушный. Организовал хор, учил сельчан песнопениям. По благословению отца Евгения прихожанки омеленецкого храма вязали из шерсти для воинов Красной Армии носки и рукавицы. Эти посылки с теплыми вещами и продуктами отправлялись на фронт. В конце войны батюшка списался с маршалом Жуковым и между прочим пожаловался, что все-де хорошо, только колоколов на колокольне нет.

Одни источники говорят, что омеленецкий батюшка отец Евгений приписал эту просьбу к письму, в котором поздравлял Жукова с Победой. Другие – что, напротив, Жуков прислал священнику благодарственное письмо, в котором спрашивал, чем может помочь приходу. И каким бы невероятным это ни казалось, но и такое могло быть: дела активного батюшки сами за себя говорили. Евгений Мисеюк даже был награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.». А прихожане, знавшие отца Евгения, и вовсе полагают, что у батюшки с маршалом вполне могла завязаться переписка. «Посылки, которые мы на фронт слали, шли на имя Жукова», – рассказывает Петр Андреевич Голенко, прихожанин омеленецкой церкви. Помнит он и как батюшка объявил народу, что сам маршал пообещал: будут колокола.

Где раздобыл Жуков три колокола для омеленецкой церкви? Читать на этот счет доводилось разное: мол, чуть ли не из Германии пришла от маршала посылка. Но настоятель Алексий Логашев поясняет:

– Колокола, приготовленные к отправке в Германию для переплавки, были действительно найдены неподалеку в немецком эшелоне на одной из наших железнодорожных станций. Жуков распорядился прислать их в Омеленец.

К сожалению, очевидцев этого события найти не удалось. Даже самые пожилые жители Омеленца и соседних деревень были в то время детьми, и ярких воспоминаний о колоколах у них не осталось. Петру Голенко отец спустя время рассказывал, что привезли колокола на телеге солдаты, и они же помогли поднять маршальский подарок на колокольню.

И вот мы на звоннице Свято-Крестовоздвиженской церкви. Вся округа – как на ладони. Поневоле вспоминается поседевший советский артиллерист: каково ему было под обстрелом на деревянной колокольне, которую любой снаряд мог разнести в щепки! Но Господь уберег – и артиллериста, и церковь. И в войну, и в годы гонений здесь никогда не прекращались богослужения. Правда, при Хрущеве в жуковские колокола на время звонить запретили, и на кладбище, что рядом с церковью, угнездились стаи ворон. Как ни боролись с ними местные жители – все без толку. А пришла перестройка, разрешили колокольный звон – и проблема исчезла сама собой.

Вот они, подаренные Жуковым колокола. Медь от времени окислилась и позеленела. На одном из колоколов – надпись на церковнославянском, на других – на русском языке: в каком году, для какой церкви отлиты. На одном значится – Антополь. На другом – Грушевка. В Брестской области, в Дрогичинском и Ляховичском районах, есть деревни с такими названиями. Так что, судя по всему, прав отец Алексий: не издалека маршальский подарок.

А как сложилась судьба деятельного омеленецкого священника? Нам удалось разыскать его племянника, Вячеслава Ивановича Мисеюка. Уехав из Омеленца, отец Евгений некоторое время служил в Ельске, затем, с 1964 го-да, – в минском Свято-Духовом кафедральном соборе. Позже нес послушание в Берлине, был настоятелем собора в Вене. В 1980-х годах награжден орденом Преподобного Сергия Радонежского II и III степени. Но, судя по всему, это был еще и очень скромный человек. Ни его племянник, ни родной брат, благочинный церквей Борисовского округа Иоанн Мисеюк, не смогли ничего добавить к истории с колоколами.

Тут бы и поставить точку, если бы не еще одна удивительная история. Неподалеку от Омеленца, на краю Беловежской пущи затерялась деревушка Рожковка. Здешних жителей в войну спасло чудо.

Рожковская спасительница На рассвете 28 сентября 1942 года в Рожковку пришел карательный отряд. Местные жители давно подозревались в связях с партизанами, но явных контактов немцы никак не могли зафиксировать. А тут как снег на голову на парашютах приземлились два советских воина. Их обнаружили, завязался бой. В итоге парашютисты ушли, убив в перестрелке несколько немецких солдат. А у немцев был приказ: за одного убитого расстреливать 100 мирных жителей. Месть врагов последовала незамедлительно.

Вот что рассказывает жительница Рожковки Ольга Саевич, жизнь которой самым тесным образом связана с чудесной историей – Ольга родилась в тот самый день, 28 сентября.

Немцы окружили деревню рано утром. Малолетних детей забрали и, несмотря на плач и крики матерей, увезли – как потом оказалось, в соседнюю деревню Дмитровичи. Молодежь угнали в Беловежу (теперь – территория Польши) для отправки в Германию. Предлагали поехать и тем, кто постарше, но ни один человек не согласился. Тогда все семьи построили рядами, отобрали человек 20 мужчин и послали их за деревню копать яму. «Могила наша будет», – догадались люди. Плакали, молились. Каратели прочитали приговор и с немецкой пунктуальностью ждали назначенного времени. Но тут неподалеку приземлился самолет. Из него вышел немецкий офицер в чине майора и стал что-то доказывать карателям. Как оказалось, он убедил отложить казнь на два часа, обещая за это время выхлопотать для рожковцев помилование. Когда выторгованные два часа почти истекли, самолет вернулся. Майор сдержал слово – привез бумагу о помиловании и сказал, что поручился за деревню. Рожковцам вернули все, что успели отобрать: детей, живность, пожитки. Только велели, чтобы яма осталась незакопанной, – мол, если будете продолжать дружить с партизанами, все здесь ляжете... Немецкий офицер тогда ни словом не обмолвился, почему вступился за рожковцев, но сельчане точно знали, кого благодарить за явное чудо, и упросили немцев разрешить построить в деревне храм. На освящение новой церкви неожиданно прилетел тот самый майор и привез резной образ Богородицы с Младенцем. Он рассказал, что в тот день в воздухе ему явилась «сама Мадонна» и повелела спасти безвинно гибнущих людей. Летчик посмотрел вниз – и увидел яму, согнанных к ней сельчан, а дальнейшее вы уже знаете. Икону вырезал немецкий солдат, лечившийся в беловежском госпитале. Тяжело раненный, он, работая над иконой, исцелился.

Резной образ по сей день находится в рожковской церкви. За прошедшие 60 лет его ни разу не реставрировали, но краски свежи и ярки. Пару лет назад о рожковской истории узнали несколько православных петербуржцев и приехали взглянуть на деревню собственными глазами. С тех пор они активно участвуют в прославлении рожковского чуда. Резной образ, выполненный немецким солдатом, не соответствует православным канонам и поэтому не мог быть принят церковью как икона. В прошлом году в Александро-Невской лавре была написана Рожковская икона Божьей Матери. Сегодня она находится в алтаре рожковского храма. Примечательно, что в этой истории успели поучаствовать не только россияне, но и норвежцы: посмотрев фильм о Рожковке, прихожане православной церкви в Киркенесе собрали пожертвования на написание иконы.

А за околицей на том месте, где до 1950-х годов зияла памятная яма, стоят два креста: давний, поставленный благодарными местными жителями, и новый, привезенный петербуржцами и, по северной традиции, закрепленный каменной голгофой. Кстати, камни рожковцы собирали всей деревней.

В Светлое Христово Воскресение жуковские колокола благовестят о Христе Воскресшем, призывая всех на праздничное богослужение. Пасха – это торжество веры, праздников праздник, обретение вечной жизни... Всякое чудо, сходящее Свыше, приводит нас к познанию этой истины.

Ольга БАЛАШЕВИЧ

olga@belchas.by

фото Валерия КАРТУЛЯ

kartul@belchas.by

P.S. Автор благодарит за помощь в подготовке материала настоятеля Свято-Крестовоздвиженской церкви д.Омеленец Алексия Логашева. Факты, использованные при подготовке материала, взяты из литературных источников, изданных по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II.